D.Sanin (d_sanin) wrote,
D.Sanin
d_sanin

Category:

АТЛАНТ ПОДТЯГИВАЕТ ШТАНЫ ч.2.2

Предыдущие части
1.1
1.2
1.3
1.4
2.1

***

И вот Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава сидит в кругу семьи на день благодарения (накануне суда). За столом его жена, мать и брат. Обстановочка мерзопакостная -  домочадцы, изображая милую семейную идиллию среди бешено дорогих скатертей и сервизов (принадлежащих, разумеется, жене), пилят Олигарха-Изобретателя, чтобы он не выпендривался, не корчил из себя героя, не воображал что во всём прав и чтоб "уладил дело до суда". Жена наслаждается своей мстительной властью и всячески словесно унижает Олигарха-Изобретателя - но тревожится, как бы тот не загремел в тюрягу, лишив её возможности праведно мстить. А братец и вовсе имеет наглость заявить, что суд правильный, что алчные богачи пользуются чрезвычайной ситуацией в стране, чтобы сделать деньги, нарушают важные для общества регулирующие законы, из своей жадности наживаются спекуляцией ниибацца-сплавом на чёрном рынке, грабят бедных, отбирая у них принадлежащее им по закону. (Слова вроде бы правильные, но поскольку опять же высказаны мудаком и лично Олигарх-Изобретатель их не заслужил - то читатель, заведённый несправедливыми обвинениями, приобретает иммунитет к подобным обвинениям богатеньких IRL, которые действительно любят совершать вышеописанное.) В общем, домочадцы внаглую паразитируют на добродетельности Олигарха-Изобретателя, внушая ему комплекс вины. И тут Олигарх-Изобретатель, который уже всё понял и во всём убедился, наконец, даёт долгожданный отпор: ставит на место братца, объяснив, что сейчас выставит его на улицу и перестанет содержать. Тот жалобно блеет что и сам бы давно ушёл, да мать жалко, и ещё ему нужны будут деньги на первые пару лет, чтобы поддерживать достойный его образ жизни, и вообще где свобода слова и свобода убеждений. (И где мадам таких мудаков-персонажей находит?) Но Олигарх-Изобретатель снова сурово ставит его на место - мол, в моём доме на меня рта не открывай, или вали. А потом прощается и спокойно уходит к лютой сестре - а на окрики жены опять же сурово ставит её на место, мол, сама знаешь, куда я иду, а ты тоже иди куда хочешь, хоть на йух.

***

Теперь Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава вооружён единственно верным учением и не боится ничего и никого. Лютой сестре он обещает втайне отгрузить аж 80 000 тонн рельсов из ниибацца-сплава. Это позволит починить 500 миль путей на их главной трансконтинентальной линии, постепенно приходящей в упадок.

***

И вот суд. Толпа с интересом глазеет на Олигарха-Изобретателя: они уже кое-что почувствовали на своей шкуре, посидев без нефти и тепла - хотя газеты всех настраивают, что причиной навалившихся бед является исключительно эгоистичная жажда наживы богатых промышленников, вроде подсудимого.  А сам Олигарх-Изобретатель спокоен. Если его теория о сути режима верна, то ему ничего не грозит. Судья зачитывает обвинения и предлагает Олигарху-Изобретателю оправдываться. Но тот делает, что от него не ожидают: отказывается оправдываться, тем самым не приняв чужие правила игры. Бесстрастным и чистым голосом. Суд растерян, очень робко настаивает чтобы Олигарх-Изобретатель защищался - совсем как лохотронщик, домогающийся, чтобы жертва начала торговаться и тем вступила в игру. Но Олигарх-Изобретатель твёрд: делайте со мной что хотите, ваша "общественная польза" в том чтобы захватить мою собственность потому что кому-то она понадобилась - ну и захватывайте, как это делают грабители, а я в этом балагане не участвую. (Прогнувшиеся бизнесмены в зале во главе с кидалой-стрелочником шипят, что из-за таких вот общество и думает, что все деляги против общественной пользы). Суд робко блеет, настаивая, чтобы Олигарх-Изобретатель просил о помиловании - но тот твёрдо заявляет, что не намерен добровольно придавать всему этому грабежу видимость законности. "Это нечестно!" - блеет суд. Но Олигарх-Изобретатель твёрд: пусть к нему применяют силу, а добровольно он ни сядет, ни штраф не заплатит. И переходит в нападение,  произнеся пламенную обвинительную Речь: что он гордится своим богатством, ибо каждый цент заработан им честно. Он честно торговал, все его сделки абсолютно честны и основаны на добровольном согласии всех участников сделок - его самого, его покупателей, его поставщиков, нанятых им людей и нанимавших его самого в молодости. А ваше грабительское общество, мол, обречено на гибель - как только закончатся те, кого можно грабить.

Зал разражается аплодисментами. Простой народ поддержал трудягу-капиталиста.
А пока читатель утирает слёзы, проникнувшись пламенной речью, давайте обратим внимание на аргумент о честности-добровольности сделок с нанятыми им людьми. Тут мадам откровенно шулерствует, подменяя честность добровольностью - а ведь это далеко не одно и то же. Скажем, в блокаду люди тоже добровольно расставались с золотыми вещицами, обменивая их на еду у спекулянтов - хотя назвать эти сделки честными трудновато. Или крестьянин, когда брал весной в долг мешок зерна, чтобы осенью вернуть два - тоже ведь делал это добровольно. А жертва лохотронщиков, заметьте, тоже добровольно участвует в игре - хотя любой суд это квалифицирует как однозначное мошенничество. Точно так же и трудящиеся, нанимаясь к капиталисту, делают это добровольно. Но не потому что это честно, а потому что у них нет иного выбора - или добровольно создавай хозяину прибавочный продукт, или добровольно сдохни с голода, или сам становись хозяином и дери прибавочный продукт с других. Самое забавное, что именно в этом мадам устами Олигарха-Изобретателя только что обвиняла это паразитическое общество - что жертва добровольно участвует в своём ограблении. А теперь сама обращается к аргументу о добровольности - даже двух страниц не прошло.

Суд после Речи начинает юлить и идти на попятный - мол, вы нас не так поняли, зачем такие ужасные слова про под дулом пистолета, и прочее блаблабла. И присуждает штраф в пять тысяч долларов. А толпа ликует, и кое-кто уже кричит: "Вы ведь спасёте нас, добродетельный мистер богатенький дядя? Мы не можем без вас обойтись! Богачи, вернитесь, мы всё простим!" А Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава, нахмурив лоб, предаётся патетическим размышлениям: "Вина целиком на нашей совести, мы, движущая сила, кормильцы, благодетели человечества - согласились, чтобы нас заклеймили печатью зла, и молча сносили наказание за свои добродетели!"

Олигарх-Изобретатель победил. Теперь перед ним новая загадка: что же за простая идея смогла заставить человечество принять саморазрушительные доктрины? (Это типа такой способ скормить читателю очередную идею - чтобы он в детективном азарте сам искал эту простую формулу с помощью подсказок автора, как следует запомнил и разделил с автором как добытую своим умом).

***

Вскоре Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава решается зайти в гости к Медному Олигарху, который живёт в том же отеле. Его всё тянет к нему. Он поднимается в номер Медного Олигарха и застаёт того изучающим чертёж некой плавильной печи. Медный Олигарх встречает гостя с распростёртыми объятьями, а чертёж быстренько переворачивает изображением вниз. Он, оказывается, слышал выступление Олигарха-Изобретателя на суде по радио и восхищён. Олигарх-Изобретатель начинает разговор: как так получилось, что Медный Олигарх, талант и умница, разменивает свою жизнь на плейбойство? Тот усмехается, что потратил много сил, чтобы у всех складывалось именно такое впечатление. Но разве он похож на человека с комплексом неполноценности? И произносит длинную нравоучительную речугу на знакомую нам уже тему "То, что вы называете любовью - это немного неприлично, довольно смешно и очень приятно". Вернее, развивает эту мысль дальше: что Это вовсе не смешно и неприлично, а очень даже возвышенно.

Мадам в этой речи поучает читателя, что по бабам ходят только люди с комплексом неполноценности. Мол, настоящие мужчины слишком себя уважают и любят, чтобы связываться с давалками - они, дескать, хотят только неприступных, а на шлюшек даже не смотрят. (Читатели-мужчины недоверчиво ухмыляются. Эх, мадам! Мужчину, чтоб Вы знали, когда речь заходит о сунь-вынь, интересует не неприступность, интеллект и прочие глупости из дамских романов, а сугубо внешние данные - и содержимое тайных папок на домашних компьютерах тому порукой. А ежели распалиться, то и внешние данные не так важны - когда пошла химическая реакция-то. И любящие мужчины не ходят налево из совсем других соображений, чем нежелание хорошеньких давалочек - просто есть у людей такие понятия как честь, совесть и верность; и любовь - это для них нечто гораздо большее, чем сунь-вынь, это ещё нежность и забота. А по поводу якобы комплекса неполноценности - это опять же полная чушь, мы знаем множество примеров великих людей, не страдавших никакими комплексами неполноценности, но вовсю донжуанивших - да взять того же Пушкина.) Далее мадам опять же яростно набрасывается на идею что любовь это самопожертвование (жалко дуру - значит, она никогда не любила и не знает, что это такое). В доказательство мадам опять вовсю подменяет любовь и "заниматься любовью". Дескать, заниматься любовью не ради удовольствия для себя-любимого невозможно - вот какое это священно-эгоистическое занятие, и никакие иные мотивы секса невозможны - а значит, и любить возможно только под себя. ("Да ну?" - снова удивлён читатель. - "Так стало быть, так-таки и невозможно? А ради карьеры, ради денег как же? А когда у тебя болит голова, но хочется сделать приятное любимой?" Тому кто не любил по-настоящему, трудно понять, что любовь это не "дай", а "возьми". И трудно понять, что любящий жизнь готов отдать за любимого - какой уж тут, в жоппу, эгоизм.)

Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава просветлённо хлопает себя по лбу: "Я понял! Секс - это так же возвышенно, как делать деньги! То-то мне со всех сторон Плохие Люди шипят, что жадность и похоть нехорошо - но теперь-то я знаю, как оно на самом деле!" А Медный Олигарх ему: "Во-о-от, а Вы меня плейбоем называете." Да он на этих дамочек, которые вокруг него толпами вьются, и не смотрит, не то что спать с ними. Им он нужен для светского престижа. А они ему нужны только для конспирации, чтобы сохранять маскировку под плейбоя, а так он ни с одной не спал - потому что в жизни не любил никого, кроме одной женщины, и сейчас ее любит, и всегда будет любить.

(Читательницы утирают слёзы над таким сентиментальным поворотом, а читатели дружно делают рукалицо - ну не идиот ли?! Ты чего, дурачок, бабу-то свою одну оставил, ничего ей толком не объяснив? А кто поехиднее - те ещё и хихикают, представив, каким это образом Медный Олигарх удовлетворяет физиологические потребности организма на протяжении уже многих лет - и как это соотносится с теорией мадам о счастье секса.)

Они ещё немного спорят, что лучше - бороться с режимом, терпя его на своей шее, или путём саботажа. В ответ на признание Медного Олигарха, Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава тоже делает признание - что готовит тайную сделку, в 20 раз превышающую сделку, за которую его судят. Медный Олигарх печально усмехается - мол, кому ещё из медепромышленников Вы теперь предоставите возможность стукануть? На что Олигарх-Изобретатель гордо говорит, что закупил медь у человека, которому доверяет - то есть у Медного Олигарха, через подставных лиц. Транспорты уже вышли из Сан-Хуана. Медный Олигарх хватается за голову: "Что?! Что Вы натворили, я же предупреждал не иметь дел с моим концерном!!!" Он бежит к телефону, и видно, что в его силах предотвратить некую беду... Но передумывает и просит прощения - он не может поступить иначе. Клянётся именем женщины, которую любит, что он друг Олигарху-Изобретателю, и пусть тот об этом вспомнит, когда будет проклинать Медного Олигарха. А через несколько дней Олигарх-Изобретатель узнаёт, что суда с медью пущены на дно тем самым норвежским пиратом...

***

Начинается чёрная полоса. И у Олигарха-Изобретателя, и у ж/д концерна, и у Этой Страны. Ад и голодомор. Сорваны поставки ниибацца-сплава, сорваны ж/д перевозки, сорваны поставки угля (кузен Угольного Олигарха, которому достались шахты, не справляется с делом - а комиссаров в пыльных кожанках, которые умели кого хошь заставить, в романе не предусмотрено). К тому же уголь вместо ж/д концерна отправился в Народную Республику Англия с целью помощи, и был опять же потоплен норвежским пиратом. Пачками сворачивают дело фермеры и заводчики. Закрываются водопроводные компании, лесопилки и прочие предприятия. Нет смазочных масел и подшипников. Поезда заваливает снегом в горах вместе с пассажирами - снегоуборочная техника вся повыходила из строя. Отапливают три часа в день. Люди мрут пачками от голода и холода, а подлец-журналист призывает терпеть лишения, ибо они укрепляют дух. А главный философ поучает, что абсолютных истин не существует, и откуда, мол, эта женщина знает, что её сын умер, если она вообще не может знать, существовал ли он. А Плохой Дядя из заговорщиков, тот самый стальной олигарх, отправляет груз стали вместо второй по величине железнодорожной компании Этой Страны в Народную Республику Германия (потому что у него друг в Министерстве снабжения Германии) - но и эту сталь топит норвежский пират. В итоге рушится обветшавший мост, для ремонта которого предназначалась эта сталь, вместе с пассажирским поездом. По итогам экспертизы закрыты все мосты через Миссисипи - кроме единственного, построенного ещё Великим Предком-Основателем ж/д концерна (идёт краткая история, как он его построил, превозмогая сопротивление речников и правительства). Теперь этот мост - последняя связь между двумя половинами Этой Страны. Из продажи исчезает бытовая техника. А норвежский пират топит все суда с грузом меди, принадлежащие Медному Олигарху - медь не берёт, только топит, а команду отпускает. Лифты в НЙ не поднимаются выше 26 этажа. Город завален снегом.

***

Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава пытается не сдаваться. Для него добывают уголь пиратскими методами - левые работяги на оставшихся без хозяев шахтах, за чёрный нал.

***

А в небоскрёбе ж/д концерна (последний освещённый небоскрёб НЙ) проходит совещание совета директоров. Все мёрзнут, укутаны в свитера и шарфы. Присутствует важный бюрократ из Вашингтона . Мямля-братец жалуется на катастрофическое положение концерна, говорит, что надо поднять тарифы на ж/д перевозки. Но сколь верёвочка ни вилась, а расплата пришла: вашингтонские дружки его кинули - бюрократ сообщает, что придётся поднять зарплаты в концерне (по требованиям профсоюзов), а тарифы на перевозки снизить (по требованиям промышленников). Мямля-братец и прочие директора в шоке, а лютая сестра демонически хохочет - мол, получили чего хотели? Все присутствующие ненавидят её за правоту.  Мямля-братец плачется, что они не могут поднять зарплаты, нет таких шишей - но чиновника из Вашингтона это не волнует, ведь его дело только давать указания и следить чтобы всем было хорошо - а их дело воплощать это в жизнь. А как - это всецело их проблемы.

Слово дают лютой сестре - какие у неё будут предложения для спасения ситуации. Она сообщает, что ситуация безнадёжная. На неё пытаются привычно надавить - дескать, не хотите же Вы признать, что не можете справиться со своей работой. Но лютая сестра спокойно подтверждает: да, она не может справиться с такой работой. Все в замешательстве - как это, такой проверенный приём и не сработал. Один из директоров, ещё не безнадёжный кретин, обращает внимание, что возить по 60 вагонов, когда могут возить по 100, и тратить по 4 дня на маршрут, когда могут тратить 3 - это безумное расточительство. Но вашингтонский чиновник запрещает об этом и думать - не могут же они отменять свои законы, в самом деле. Тогда собрание постепенно приходит к выводу, что единственное решение -  закрыть «Линию Джона Голта», поскольку в Колорадо больше ничего не осталось, кроме той моторостроительной фирмы, что обеспечивает концерн дизелями - а вот оборудование и рельсы из ниибацца-сплава, снятые с этой линии, могут существенно продлить жизнь главной трансконтинентальной ветке. Лютая сестра умывает руки и отказывается участвовать в этом убийстве дела её жизни. А вашингтонский чиновник опять всех ставит на место: мол, дорогие мои ребятки, а на закрытие социально-значимых веток надо получить разрешение правительства. Мямля-братец опять в шоке - он не ожидал, что они не вправе распоряжаться своей собственностью.  А чиновник, усмехаясь, продолжает добивать мямлю-братца - что правительство является обладателем долга ж/д концерна - и потребуют оплаты этих долгов в течение полугода. У мямли-братца когнитивный диссонанс и истерика. Лютая бизнес-сестра хохочет во всё горло - ей по душе такая расплата. А скучный вашингтонский чиновник, насладившись своей властью, смилостивился - ладно, договорились - вы позволяете профсоюзам повысить ставки, а мы, так и быть, разрешаем закрыть «Линию Джона Голта». Мямля-братец сломлен.

***

И вот лютая сестра возвращается с этого страшного совещания. Ей плохо, на её глазах только что убили её детище. И вот прямо в коридоре небоскрёба её встречает Медный Олигарх, ласково приветствует их детским паролем и везёт в ресторан отпаивать виски - вот какой он заботливый, всё почуял, умница, именно сильное плечо ей и нужно в эту скорбную минуту. Они в ресторане, лютая сестра, глядя в бокал, вслух вспоминает историю, как их великий предок строил тот самый мост через Миссисипи - уже было готово две трети, а ему не хватало денег, рабочие его бросили из-за этого, акционеры сбросили его акции, нанятые бандиты сожгли строительные леса, банки отказали в кредите. И вот он один пошёл на мост, подобрал брошенные рабочими инструменты, и до утра тюкал топором - а утром у него был готов новый план, как найти новых независимых инвесторов и увлечь их. Он тюкал топором, потому что не мог остановиться. Вот такой великий предок. И лютая сестра клянётся бороться, пока есть силы. Будет разбирать «Линию Джона Голта», чтобы спасти главную линию. Они поднимают тост за великого предка. А потом Медный Олигарх поднимает тост и за своего великого предка, о котором повествовалось раньше - испанский дворянин, который сбежал в Южную Америку от инквизиции, там скитался 15 лет, разыскивая медную руду, построил свою медную империю - и вернулся победителем за любимой, которая верно ждала его 15 лет, и женился на ней. И лютая сестра понимает, что Медный Олигарх её всё ещё любит, и намекает, что он точно так же ждёт её и надеется что она дождётся его и тоже станет его женой... (Читательницы рыдают над беспощадным любовным треугольником) . Случайно задрав скатерть, они видят на столе вырезанную надпись «Кто такой Джон Голт?». И тогда Медный Олигарх рассказывает свою версию истории Джона Голта - что это Прометей, который порвал цепи и забрал у людей свой огонь обратно - пока они не отзовут своих стервятников. (Метафора понятная, но вот беда, опять же расходится с каноническим мифом о Прометее, как и всё в книге мадам расходится с реальностью.)

***

Лютая сестра и Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава пытаются вывезти из Колорадо хоть что-то ценное. Там полная беда, беженцы и безысходность, их поезд - последний поезд из Колорадо, после него ветку разберут. А мямля-братец в это время звонит жене Олигарха-Изобретателя и припоминает её обещание помочь повлиять на мужа. Они встречаются в элитном ресторане (роскошь на фоне умирающих от голода людей)  - и жена обещает использовать всю свою лисью хитрость - её тщеславию льстит, что она нужна таким воротилам, как мямля-братец. И вот она заказывает цветы, чтобы их принесли в прибывающий поезд к мужу - чтобы тот думал, что она его любит, а уж дальше она его попользует... Но неожиданно узнаёт, что фамилии Олигарха-Изобретателя среди пассажиров нет. А что может заставить мужчину ехать под чужим именем?!  Он едет с любовницей!  Она, предвкушая удачу, сама мчится на вокзал, чтобы увидеть, КТО она. Видит мужа - но тот один... Говорит с ним как ни в чём не бывало - мол, соскучилась... И тут она видит лютую сестру - и до неё доходит, наконец, кто ей рога наставил. Она в истерике: «Ах, вот почему все мои козни провалились!!! Только не она!!! Я требую, чтобы ты её бросил!» Но Олигарх-Изобретатель-Ниибацца-Сплава уже познал правду этого мира, он спокоен и с чистым сердцем посылает жену на йух: не хочешь развода - не надо, но меня ты бросить её не заставишь. Он свободен - больше не чувствует никакой вины. Ура!

***

А Вашингтоне происходит совещание Плохих Дядь-Заговорщиков. Их группа всё ширится - к ним присоединились ещё тот самый учёный-биолог (координатор Главного Научного Института), плюс вашингтонский растяпа-банкир (известный нам по краху моторостроительного завода, на котором создали ниибацца-двигатель), плюс главный профсоюзный деятель. А ещё в совещании участвует Глава Правительства. Все они - некрасивые, неприятные типы маленького роста (или толстые, или сутулые), все с отвратительными рожами. Кривят улыбки, потеют от страха, переругиваются визгливыми голосами.  Обсуждаю экономическую жопу в стране, требуют для себя особых полномочий, требуют друг от друга уступок в тарифах, зарплатах и субсидиях.  Ругаются, что проклятым бизнесменам не хватает общественного сознания - дескать, не понимают, что производство не их частное дело, а обязанность перед обществом. Координатор-биолог цитирует слова Вашингтона «нужно рассчитывать на мудрых и честных» - и с наслаждением плохиша говорит, что они не будут полагаться на таких людей, ибо такие люди устарели. В общем, полные мудаки - для полноты картины не хватает, чтобы отняли ведёрко и совочек у ребёнка в песочнице. А глава правительства - тот даже не мерзавец, а вовсе полное ничтожество. Маленького роста, невзрачный - он встал во главе Этой Страны благодаря цепочке случайностей, и на большее не претендует. Его помощник (тот самый бывший вашингтонский лоббист Олигарха-Изобретателя-Ниибацца-Сплава, подсунутый ему Плохими Дядями)  - теперь тоже большой человек, правая рука главы государства. Он - потомственный интеллигент (его семья жила небедно, но и небогато, все получали высшее образование, вешали дипломы на видном месте и на этом основании высокодуховно презирали бизнесменов), его тоже вынесло наверх потому что все его пропихивали как самого безвредного (а на самом деле он хуже, чем негодяй - он лузер с властью). И только профсоюзный глава немного похож на человека - потому что не корчит из себя святошу, а честно говорит, что он рэкетир.

И вот Глава правительства, послушав склоку Плохих Дядь, принимает решение вводить в действие Страшную Тайную Директиву С Пятизначным Номером.  Все вздрагивают - даже им не по себе от упоминания этой директивы, хотя именно ради подготовки её ввода они и совершали всю череду этих глупых подлостей. А Глава правительства уходит, велев всё ещё раз обдумать и подготовить ввод директивы. Итак, директива.
1.  Все трудящиеся закрепляются на своих рабочих местах и не имеют права уходить под угрозой тюрьмы. (В СССР перед началом Великой Отечественной войны был введён похожий режим трудовой дисциплины – правда, причина была уважительная, мировая война и неожиданный разгром англо-французов, делающий войну с Гитлером практически неминуемой. Кроме того, сталинский указ не был злобно-идиотским  – переход на другое предприятие был, разумеется, разрешён по согласованию с директором предприятия, а кроме того, в связи с учёбой. Да и рабами себя люди отнюдь не ощущали – поскольку работали не на дядю, а на общее дело, чувствуя себя совладельцами этого общего дела, всей огромной страны, как это ни странно звучит в наше странное время «моё»-«не моё».)
2. Все частные бизнесы тоже обязаны работать бесперебойно, и владельцы тоже не имеют права уходить или закрываться под угрозой национализации. (Ну что за бредовый мадам-социализм без национализации? Что за идиоты ставят себя в зависимость от, прошу прощения за выражение, классовых врагов?)
3. У владельцев отнимаются все авторские права. Все патенты должны быть переданы в добровольный патриотический дар государству.  Все бренды отменяются и будут переименованы. (А вот это неплохо - хоть и сформулировано мадам так, чтобы читатель праведно кипел от негодования за выстраданные изобретения полюбившихся ему олигархов-изобретателей.)
4. Запрещается всё новое. Любые новые товары, изобретения - всё, не присутствующее в данный момент на рынке. (Рукалицо... В нетерпении ждём пункта об отнятии у детей ведёрок в песочницах.)
5. Каждое предприятие и каждый работник обязаны делать ровно столько продукции, сколько они делают в нынешнем году Большой Жопы, не больше и не меньше, под угрозой штрафа. (Честно! Я не вру!)
6. Каждый человек любого возраста и уровня доходов обязан теперь ежегодно тратить столько же денег, сколько потратил в нынешнем году Большой Жопы - под угрозой штрафа. (Угу, угу - кто голодал - будет голодать вечно, кто жрал в ресторанах - будет давиться в ресторанах и после смерти, кто ещё не родился - будет жить святым духом, это его проблемы).
7. Все заработки, прибыли проценты и пр. замораживаются на текущем уровне Большой Жопы.
8. всё что не оговорено в пп.1-7, решается Объединенным советом .

Плохие Дяди дрожат после оглашения Страшной  Директивы - даже им не по себе (а уж читателю-то каково! Его снова неудержимо рвёт, э-э-э, выбросить этот продукт воспалённого мозга в мусорное ведро.) Но справившись с дрожью, Плохие Дяди начинают цинично делить плюшки с этих пунктов и торговаться друг с другом (они говорят вроде бы между собой - но  на самом деле обращаются к читателю, объясняя ему, зачем «коммунистам» такие странные законы).

Координатор-биолог (он в романе призван изображать материалиста и бунтующую против гениев завистливую посредственность) всё произносит для читателя пространные злобные речи, что настала эра маленьких людей без мозгов.  Интеллектуальность, дескать - вот главная беда человечества.  Настал век сердца. Только слабые, кроткие, немощные и покорные должны стать объектами их внимания. (Всю эту ахинею, повторю, он несёт якобы от лица материалистов - интересно, зачем это понадобилось мадам? Не можем же мы допустить, что она хочет ввести читателя в заблуждение... ) Мол, интеллекта не существует. Дескать, мозг человека - продукт социальный, то есть сумма влияний, которую он усвоил от окружающих, а раз так... (Кстати, чтобы не было недоразумений: материалисты действительно используют похожие слова - только они ни в коем случае не утверждают таких несусветных глупостей, будто разума не существуют. Материалисты утверждают нечто соверешенно иное - что разум возникает и формируется под воздействием внешнего мира и других разумов. В человеке, утверждают материалисты, нет никакого изначально заложенного природой или Богом разума - в ребёнке разум зарождается постепенно, в ходе обучения и познания окружающего мира. И если ребёнок лишён этого - то разум в нём не возникает. Скажем, у т.н. феральных детей - «маугли», воспитанных животными. Или хорошо известна страшная проблема слепоглухих детей - они вообще растут tabula rasa, чистым листом, полностью лишёнными каких-либо признаков разума. Они не умеют не то что действовать разумно - но неспособны даже ползать, неспособны даже понять, что хотят есть. И педагогам удалось создать специальные сложнейшие программы воспитания, основанные именно на постепенном познании окружающего мира, только благодаря которым такие дети вырастают в нормальных разумных членов общества. ) Ну вот, а наш фейковый материалист-биолог-координатор из тезиса о том, что мозг формируется внешним миром, делает дичайший вывод, что, соответственно, никто ничего не изобретает, человек просто отражает идеи, носящиеся в атмосфере общества. Гений, дескать - интеллектуальный стервятник, алчный накопитель идей, по праву принадлежащих обществу, у которого он их крадет. Мышление, дескать, всегда воровство. И если отменить частную собственность, то получится самое справедливое распределение богатства - а отменив гениальность, они справедливейшим образом распределят идеи в обществе. (Ну насчёт «отмены гениальности» всё понятно, а вот пристёгнутая паровозиком к этому бреду идея отмены частной собственности  нуждается в комментарии. Для коммунистической программы мало отменить частную собственность, нужно сделать ещё кое-что умное, что заменит частную собственность, иначе получается что-то вроде «давайте отменим детство и всех сразу объявим взрослыми» - ведь бред же, правда?)

Глава профсоюзов цинично обрывает разглагольствования координатора-биолога и заявляет, что он станет главой Объединённого совета, а совет будет из его людей. Плохим Дядям это серпом по ногам, они пытаются брыкаться - но против лома не попрёшь, потому что за главой профсоюзов большинство в лице рабочих и их иждивенцев. И хоть рабочих, говорит циничный глава профсоюзов, он отдаёт в рабство - но раз нет другого выбора, они будут за него, он хоть свой и изредка им косточку бросает, в отличие от Плохих Дядь.

Мямля-братец ликует, что теперь они запрещают все исследования и всю науку. Не нужно будет заботиться о новых открытиях, опрокидывающих рынок, не нужно будет тратить деньги на бесполезные эксперименты лишь для того, чтобы не отстать от других амбициозных конкурентов. Не нужно тратиться на новое - достаточно старого! Все с наслаждением испорченных детей-кретинов радуются следом за ним. Но главный Научный Институт решают сохранить - для контроля за научным прогрессом. «А что делать со всеми этими инженерами и профессорами, которые останутся без работы - на пособие посадить?»  Не, нафиг тратиться, - решают Плохие Дяди, - ведь их мало, так что бучу они не поднимут, потерпят, пока найдём им применение. Ну а если от голода перемрут - ну так жертвы неизбежны, лес рубят - щепки летят. «Oh-yeah!!!» - всё прётся мямля-братец. - «Мы впервые за много столетий защищены от всех этих чудаков с их новыми идеями. Никто нас теперь из бизнеса не вышибет, не украдет наши рынки,  не сделает наши товары устаревшими. Мы наконец-то победили всех этих героев. Больше герои не будут обрекать человечество на бесконечную гонку. Наступает наш век! »

«Антипромышленная революция» - ухмыляется циничный глава профсоюзов. Но биолог-материалист-координатор напыщенно блеет, что это неправда, что плановая экономика достигает максимальной продуктивности, а централизация ведет к супериндустриализации. (Оно, может, и правда - но вот как раз такой мелочи, как экономическое планирование, мы что-то не наблюдаем в списке дел Плохих Дядь. Впрочем, это понятно, надо же мадам изобразить «коммунистов» кретинами.)

А Стальной Олигарх требует себе технологию ниибацца-сплава - мол, я его буду производить, раз Олигарх-Изобретатель не справляется, хе-хе. Во имя народа, которому в годину тяжких испытаний не нужна устаревшая простая сталь (тм).

Координатор-биолог вспоминает про пункт 2 - уж теперь-то они возьмут к ногтю исчезающих буржуев. «Да-да, куда же они деваются?!» - нервничает мямля-братец. - «Дезертиры!» - нагло заявляет координатор-биолог. - «Они смеют бросать свою обязанность работать на нас?! Предлагаю смертную казнь дезертирам от экономической повинности!» Но Плохим Дядям становится страшно от мысли об убийстве, и предложение ястреба-биолога-координатора не поддерживают.

«А книги?» - вспоминает растяпа-банкир. - «Получается, новых книг писать не будут - раз ничего нового нельзя? А интеллигенция будет конфликтовать с нами из-за этой бездуховности.» Но на интеллигенцию Плохим Дядям плевать - утрутся, сами ведь громко поддерживали приход коммунистических режимов в Европе и плевали в тех, кто их кормил. Сами орали, что они лучшие друзья народа, а теперь молчат о лагерях рабов, мафиозных структурах, четырнадцатичасовом рабочем дне и повальной смертности от цинги в народных республиках Европы. (Ого! Про сидящие в gulag десятки миллионов мы все наслышаны от другого писателя-фантаста-лауреата-Нобелевской-премии, это не новость; а вот 14-часовой рабочий день, мафия и цинга - это воистину открытие мадам, её несомненный вклад в копилку преступлений жуткой коммунизьмы). А насчёт книг, успокаивают растяпу-финансиста, то Главным Писателем уже написано достаточно макулатуры, которую ещё не издавали.

Всё вроде обговорено. Единственное, что беспокоит Плохих Дядь - это добровольное дарение авторских прав. А ну вдруг какой-то воротила упрётся и захочет с ними судиться? Ещё выиграет суд, чего доброго - и создаст прецедент, из-за которого всё рухнет... Они ведь обязаны создать видимость законности, иначе население не примет директивы -  вот такое у них страшное ограничение сюжета. (Особый страх здесь в том, что читатели после очередного «рукалицо» над бредовым нестыковками сюжета могут ведь и окончательно сказать «не верю!!!») Тогда они придумывают Коварный План: нужно провести патриотическую кампанию добровольного дарения, а кто откажется - тех объявят воплощённым злом, от них отвернутся друзья и общество. В общем, будут продолжать внушать комплекс вины за мнимые преступления, вплоть до объявления преступлением нюханья цветочков - и все как миленькие будут делать что им нужно, мучимые виной. Вот такой Ужасный План. Единственный человек, которого они боятся - это безгрешный Олигарх-Изобретатель, который живёт по своим стандартам и с чистой совестью. Он их может победить!

И тут мямля-братец с невинной улыбочкой сообщает, что у него есть железная управа на Олигарха-Изобретателя. И он её с удовольствием применит - только нужно немного повысить тарифы на ж/д перевозки. Плохие Дяди соглашаются - несмотря на истерику Стального Олигарха, которому очень не хочется повышения тарифов на перевозки, ну да семеро одного не ждут.

Датой ввода Секретной Директивы назначают 1 мая.

***
Продолжение следует



Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments